Юность Мухаллафы Гареевой прошла поглощенная войной

Мухаллафа была шестым по счету из семи детей в семье байларовских железнодорожников. В год начала войны ей исполнилось шестнадцать лет. «Каждый день в наше небольшое село приходило по две-три повестки, – вспоминает со слезами на глазах Мухаллафа Мияссаровна. – Семнадцати-восемнадцатилетних парней забирали на фронт, а пятнадцати-шестнадцатилетних девчат – на горьковские торфяные разработки. Младшая пятнадцатилетняя сестренка была отправлена в Горький, а самый старший брат, уже имевший собственную семью и троих детей, – на фронт. Мы всей семьей проводили его  на ютазинскую железнодорожную станцию, откуда мужчин увозили на войну. Брата вместе с остальными погрузили в вагон, поезд медленно тронулся с места. Наполовину высунувшись из окон они принялись на прощание махать нам руками. Мы стояли на перроне и провожали взглядом поезд до тех пор, пока его хвост не скрылся из виду. Брата мы больше не увидели  – с войны он не вернулся».

Вскоре девушку вместе с подругой вызвали в колхозное правление. «Наверное, отправят добывать торф», – подумалось им. Однако им предложили учебу в педагогическом училище. До войны, по словам Мухаллафы Мияссаровны, учителями в основном работали мужчины, а после того, как их  забрали на фронт, учить детей стало некому. Уже через неделю учебы в училище девчат вместо того, чтобы позволить им вернуться на выходные домой, отправили кто в чем был на грузовике на зерноток. Там они, утопая в пыли, нагружали зерно в мешки, которые затем на грузовиках отправлялись в Бугульму. Когда после окончания первого курса Мухаллафа приехала домой, ее сразу же отправили пахать колхозное поле. Девушку поставили за плуг, а направлять под уздцы коня – старенького дедушку. А он, видимо, был совсем обессиливший, от каждого взмаха головы лошади валился на землю, но в голоде не сознавался. Ох, и намучились они тогда вдвоем, пока вспахали отведенный надел. Ох, и наплакалась она от жалости к несчастному старику. К счастью, больше девушке эту непосильную работу не поручили, а стали отправлять собирать опавшие после жатвы колосья, дергать и молотить поспевший горох.

После окончания училища молодой девятнадцатилетней учительнице поручили в родном селе вести четвертый класс. С этого и началась ее рабочая педагогическая стезя. В 1946 году ее перевели в Абсалямовскую школу, где уже преподавала ее старшая сестра, жившая в этом селе. А через четыре года, с орденами и медалями после восьми лет службы возвращается в Байлярово бывший фронтовик Махмут, проживавший с Мухаллафой на одной улице. Мухаллафа-ханум честно признается, что положила на него глаз, но не знала, как дать понять ему о своих чувствах. К несказанной радости, молодой человек сам пригласил ее в кино. Фильм, как сейчас помнит наша героиня, был о войне и ее спутник комментировал ей происходящее на экране. А вскоре родители молодых людей пригласили муллу и прочли никах. С этого и началась их долгая супружеская жизнь, длившаяся в мире и согласии целых шесть десятков лет. Супруги вырастили дочь и двоих сыновей, которые стали авторитетными людьми и надежной опорой для родителей. Мухаллафа-ханум всю жизнь проработала в образовании, отдав целых тридцать лет жизни воспитанию дошкольников, а ее супруг посвятил свою трудовую  жизнь железной дороге. Его не стало пять лет назад.

Мухаллафа Мияссаровна сегодня живет под опекой сына и снохи. «Я считаю себя счастливым человеком, так как у меня замечательные дети. Они подарили мне девять внуков, которые сделали меня еще богаче, родив четверых правнуков», – признается она. И только одно печалит Мухаллафу Мияссаровну сегодня – то, что нет рядом с ней ее дорогого и любимого супруга. Он был мастер на все руки. Сам построил дом, сам и мебель для него смастерил. «Он был человеком прямым и открытым, не боялся высказывать критику, но когда надо умел и поддержать», – отзывается о нем председатель районного совета ветеранов Зоя Глушкова, которая вместе с начальником отдела социальной защиты населения Джанной Волковой пришла в день юбилея поздравить Мухаллафу Мияссаровну.